В последнее время одним из наиболее авторитетных и независимых информационно-аналитических ресурсов Байнета стал интернет-проект www.imperiya.by (руководитель проекта - Ю.В.Баранчик). Исходя из актуальности поднимаемых на страницах этого интернет-издания проблем и вопросов для становления сильной и независимой Беларуси мы приняли решение непосредственно ознакомить читателей нашего ресурса со взглядами руководителя проекта Империя.by относительно ключевых, на наш взгляд, полит-экономических проблем Беларуси на современном этапе

(05.11.2007 текст этого интервью был размещен на сайте Империя.by)

- Влияет ли трансформация белорусско-российских энерго-экономических отношений на стабильность политической системы Беларуси?

- Прежде всего, энергетические конфликты привели к падению авторитета фигуры президента, т.к. в глазах граждан именно он несет единоличную ответственность за происходящее у нас в стране. Т.к. жизнь стала хуже, то и ответственность за это возложили на Главу государства. При этом происходит отток сторонников президента. Одни (пророссийской ориентации) начинают поддерживать российскую власть и те силы в Беларуси, которые выступают за завершение интеграционного проекта с Россией, другие - заняли выжидательную позицию.

Если говорить о влиянии энерго-экономического белорусско-российского конфликта на изменение политической системы страны, то он, несомненно, влияет в сторону уменьшения ее стабильности. Как за счет экономических факторов (ухудшение социально-экономического положения населения), так и за счет политических - падения авторитета власти.

Если брать зарплату в евро, то покупательная способность населения даже упала по сравнению с предыдущими годами. Рост зарплаты по курсу доллара не отражает реальных экономических процессов, т.к. сам доллар за прошедшие два года серьезно обесценился. Если взять сегодняшнюю среднюю зарплату в 300 долларов в среднем по республике, то реально она составляет 200 «старых» долларов, поскольку нынешние 300 долларов равны 200 евро. Т.е. уменьшение покупательной способности населения только за счет фактора инфляции доллара произошло где-то на 20%. И это без учета роста цен.

Т.е. потеря в уровне жизни на 20-30% - это только первые следствия энерго-экономического конфликта Беларуси и России. Население республики уже с конца лета стало ощущать результаты зимних «газового» и «нефтяного» конфликтов. Эти процессы уже представляют серьезную опасность для политической системы республики даже при нынешней цене на газ.

Пару недель назад подтвердилась информация, о которой я писал еще два месяца назад на одном из форумов: «Средняя цена поставок газа в Европу на 2007 г. составляет 258 долл. за 1 тыс. куб. м. По различным оценкам, в 2008 году она составит около 280 долл. Таким образом, 1 тыс. куб. м для Белоруссии в следующем году могут стоить порядка 187,6 долл.».

Из этой информации следует, во-первых, что Беларусь в 2007 г. платит за газ не 50% от среднеевропейской цены, а порядка 42%; во-вторых, рассчитываемая правительством цена в 130-137 (140 долларов) от 280 долларов составляет примерно те же самые 50%. Согласно же декабрьским договоренностям прошлого года, в следующем году Беларусь должна начать платить за газ не 50% от его среднеевропейской стоимости, а 67%.

Поэтому, на наш взгляд, цена на газ, которую Россия выставит Беларуси, будет гораздо выше планируемой правительством цифры. Как такой рост цен скажется на стабильности политической системы Беларуси - очевидно.

- Есть ли у Беларуси серьезные переговорные аргументы?

- Сегодня их фактически нет. Россия принципиально отказалась от строительства второй ветки газопровода из-за политических рисков и недоверия к партнерам (Беларусь, Польша), повышение стоимости транзита также не влияет на позицию Росси из-за низкого веса данного фактора при принятии решения - это относится к планируемым издержкам, поэтому на этот фактор просто не обращают внимания.

Какие еще есть серьезные аргументы у белорусской стороны? Их больше нет, за исключением дальнейшей продажи газопроводной системы и НПЗ российским инвесторам, поскольку продажа их «западным партнерам» Беларуси грозит остановкой этих предприятий по примеру Можейкяйского НПЗ с  учетом планируемого строительства Россией 3-4 мощных НПЗ в СЗФО.

Кстати, осуществляемая в настоящее время стратегия продажи стратегических предприятий очень неэффективна для страны в стратегической перспективе. Гораздо более эффективной стратегией, и эта мысль уже неоднократно высказывалась, являлся бы обмен стратегическими активами с Россией. Беларуси нужны не деньги, которые страна проест, а вхождение в акционерный капитал ведущих российских ТНК, что позволит не только участвовать в долгосрочном распределении прибыли, но и обеспечит подлинную интеграцию экономических систем через объединение активов.

Да, строительство СЕГ будет России стоить на 5 млрд. больше, чем вторая газовая нитка через Беларусь. Но что такое для России сейчас 5 млрд. долларов с учетом роста их ЗВР, стабилизационных фондов, увеличения притока портфельных и прямых инвестиций?

 Капитализация Газпрома - около 250 млрд. долларов. Если он будет поставлять газ напрямую в Европу, его капитализация опять приблизится к 300 млрд., если не больше. Если же он будет зависеть от политических рисков, связанных с транзитными государствами, то его капитализация и дальше будет находиться под влиянием нынешних политических рисков, на которые Газпром» не сможет оказывать никакого влияния.

Следовательно, с учетом поставленной задачи выхода Газпрома на капитализацию в 500 млрд. долларов, 5 млрд. для России и Газпрома ровным счетом ничего не значат. Кроме того, Газпром и Россия уйдут от политической игры Запада на понижение их статуса под вымышленным предлогом «ненадежного поставщика», в которую каким-то непонятным образом оказалась замешана и Беларусь.

Более того. Сегодня можно говорить с большой долей уверенности, что Россия с готовностью пойдет на отказ от достигнутых в прошлом году договоренностей о постепенном переходе на мировые цены в случае инициирования белорусской стороной очередного витка пересмотра действующих соглашений. Это обусловлено несколькими факторами. В частности, недостаток запасов газа по среднесрочным контрактам приводит к тому, что Газпром заинтересован в уменьшении потребления газа всеми потребителями, прежде всего, странами Восточной Европы. Пересмотр договоренностей белорусской стороной позволит России отказаться от переходного адаптационного периода для белорусской экономики в области оплаты энергоносителей.

-  В связи с этим возникает следующий вопрос: «Может ли белорусская экономика приспособиться к росту цен и если да, то каким образом?»

- Если в следующем году цена на газ будет до 140 долларов, то - да. Свыше - начнутся проблемы, связанные с резким снижением конкурентоспособности белорусских товаров, прежде всего, на российском рынке. Это по следующему году.

Если же говорить относительно перспективы 2010 года - то за столь короткий срок в условиях отсутствия «финансовой подушки» белорусская экономика не сможет приспособиться к росту цены на газ до европейского уровня. Продажа крупнейших предприятий Беларуси (а их около 30) может позволить только закрывать те дыры, которые образуются вследствие роста цены на газ.

Кроме того, ставка на кредиты не может себя оправдать даже в краткосрочной перспективе. По сути, белорусское руководство становится заложником у тех сил Запада и России, которые позволяют своим финансовым структурам давать эти кредиты, загоняя руководство республики в долговую яму. Вариант отмывки средств через республику под видом получения кредитов, которых достаточно набрала республика в последнее время, я изначально исключаю, т.к. это грозит очень серьезными проблемами для Беларуси на определенном этапе реализации такой операции. Следовательно,  я предполагаю, что белорусское руководство осознает все последствия такого решения и на этот шаг не пойдет.

Т.е. даже по нынешнему договору с Газпромом, экономический кризис неизбежен. Продажа крупнейших предприятий только отсрочит кризис, но не позволит его избежать. Но тогда и крупнейшие предприятия уже не будут белорусскими. Нежелательное развитие событий может предотвратить только возврат к прежней системе формирования цен на энергоносители, а это возможно только в формате Союзного государства.

Оппозиционные экономисты в этой связи говорят, что живут же, например, страны Прибалтики при европейских ценах на энергоносители. Однако они забывают, что а) эти страны давно под политическим зонтиком Евросоюза, и военно-политическим НАТО; б) в этих странах западный капитал полностью вытеснил национальный, особенно, в кредитно-финансовой сфере; в) в этих странах не осталось крупных предприятий; г) в силу политических причин экономически риски западных компаний, работающих в этих странах, застрахованы национальными правительствами; д) численность населения этих стран несопоставима с Беларусью, особенно в условиях оттока населения этих стран в последние годы в западные страны, и т.д. и т.п.

Т.е. политические и экономические условия Беларуси и этих стран - несопоставимы. Если кто-то готов пойти на закрытие многих крупных предприятий Беларуси и массовые сокращения на других - пусть это открыто скажет людям. Посмотрим, что потом будет с политической карьерой этих людей.

Следовательно, если мы хотим сохранения политической стабильности и постепенного реформирования экономической системы, альтернативы политическому и экономическому сближению с Россией не существует.

- Является ли визит Р.Абрамовича и группы российских бизнесменов альтернативой инвестиционным проектам Запада?

- В чем смысл альтернативы? В том, что с Р.Абрамовичем можно будет договориться, а с западниками - нет? На наш взгляд, это неправильная постановка вопроса. Р.Абрамович - не самостоятельная фигура. К тому же, если он станет собственником контрольного пакета, то, что ему может помешать продать потом этот пакет любому инвестору, в том числе, западному?

И один, и второй вариант предполагает переход белорусских предприятий под контроль иностранных собственников. Проблема заключается в том, что в стране не создан класс крупных и средних собственников, которые бы могли грамотно (с согласия руководства страны) приватизировать крупнейшие предприятия, чтобы оставить их в белорусской собственности.

Ситуация балансировки интересов может сработать на короткую перспективу. Затем произойдет обмен активами Запада и России на территории Беларуси и других стран.

- Привел ли энергетический конфликт к образованию нового политического контекста внутри Беларуси и вокруг нее?

- Да. Произошло резкое снижение статуса Беларуси на мировой арене. Поиск финансовых средств, по сути, в открытом режиме резко отрицательно сказался на имидже белорусского руководства. И не только на Западе. Снижение авторитета произошло, как ни парадоксально, прежде всего, у «партнеров», т.к. они были убеждены, что Беларусь более сильная в финансовом плане страна.

Обнаружилось же, что изъятие 300 млн. долларов из финансовой системы страны чуть не привели к кризису ликвидности. Следовательно, предел устойчивости - где-то порядка 1-1,5 млрд. долларов. Поэтому ни Иран, ни Венесуэла не рассматривают нас в настоящее время как «партнеров». Мы для них - бедные нахлебники, которых можно иногда использовать в их играх с Западом и Россией.

Кроме того, можно предположить, что в целях снижения конфликтного потенциала между США и Россией, американцы пойдут на признание того, что Беларусь находится в сфере влияния России. Санитарный кордон вокруг России имеет смысл только постольку, поскольку имелась бы возможность контролировать поставки энергоресурсов (прежде всего, газа) в Европу. Если же Россия строит газопроводы в обход Прибалтики-Беларуси-Польши-Украины, то и необходимость в жестком санитарном транспортном кордоне отпадает, т.к. акцент будет сделан на военно-стратегических инструментах сдерживания России.

Что касается политического контекста внутри Беларуси, то он также резко изменился. Политическая среда стала гораздо более динамичной, поскольку люди почувствовали угрозу своим жизненным интересам. Кроме того, энергетический конфликт не существует изолированно от других тем. В массовом сознании граждан Беларуси он тесно связан с общей оценкой белорусско-российских отношений и своего уровня жизни.

Следовательно, образуется следующая цепочка: ухудшение политических отношений с Россией - ухудшение энергетических отношений - ухудшение социально-экономического положения граждан - рост политической напряженности.

Поэтому рост цен на энергоресурсы автоматическим образом будет провоцировать повышение неустойчивости политической системы страны. Т.к. Запад дотировать Беларусь на 5-7 млрд. долларов в год не будет, то после распродажи лучших предприятий, Беларусь столкнется с острейшим политическим кризисом, который будет также поддержан политическими силами, стоящими за новыми собственниками.

- Есть ли пространство для сотрудничества между Россией и ЕС по «белорусскому» вопросу?

- В настоящее время нет, т.к. между Россией и ЕС существует достаточно много конфликтных точек. Однако в приближении к 2011 году точки соприкосновения могут появиться. Это касается условий проведения выборов и признания их легитимности. Но тогда это будет означать, что ни Россия, ни Запад, ни при каких условиях не признают легитимной победу нынешнего белорусского руководства. Это означает, что у белорусского руководства есть только один вариант остаться еще на один срок у власти - это объединение с Россией.

- Может ли ЕС, США и Россия повлиять на развитие политической ситуации в стране в следующем году? Наблюдается ли усиление проевропейских тенденций в республике в связи с белорусско-российским энерго-экономическим конфликтом?

- Это зависит от многих факторов, прежде всего, экономических. Будет цена на газ до 140 долларов - не смогут, будет больше 140 (и чем ближе к 180) долларов, постараются повлиять очень активно.  Усиление проевропейских тенденций происходит исключительно в среде молодежи и высокообразованных слоев в Минске и областных центрах. Однако это связано не с экономическими проблемами, а с отсутствием политических и экономических свобод, когда у наиболее грамотной и амбициозной части общества нет возможности реализовать себя.

На наш взгляд, электорат оппозиции относительно стабилен - 10-15%, максимум (объединенный) - 18%, и на его численность практически не оказывают влияния ни политические, ни экономические события. Он медленно растет за счет молодежи. Как только молодежь подходит к периоду 30-35 лет, ее «проевропейские» романтические ожидания превращаются в суровую прозу жизни, которая абсолютна противоположна прежним воззрениям.

- Каковы последствия кризиса для Запада и России и как эти стороны представляют свою будущую стратегию в отношении Беларуси?

- В результате кризиса и Запад, и Россия убедились в слабости республики. Поэтому их стратегией будет исключительно давление и навязывание своих условий. При этом не исключена ситуация, что в случае слишком публичного сопротивления белорусского руководства, они скоординируют свои позиции. Им здесь нужна ясность (т.к. слишком высоки ставки в идущей игре) и они больше не заинтересованы в «непонятной», на их взгляд, ситуации с Беларусью.

Поэтому единственной стратегией для Беларуси является вхождение в какой-либо Союз - или с Россией, или с Европой. При том, чем раньше это будет сделано, тем больше суверенитета и власти останется внутри республики. Союз с Россией - понятен. Союз с Европой несет ряд серьезных рисков. Самый главный их них - угроза полной потери суверенитета страны и растворения ее в Польше в рамках концепции польских правых радикалов - «Великая Польша».

США пошли на раздел Ирака. Великая Польша совместно с Украиной смогут стать Большой буферной зоной между Россией и Европой. Поэтому глобальной стратегией США и Польши в отношении Беларуси является ликвидация ее как страны и присоединение к Польше.

- Может ли данный кризис рассматриваться «началом конца» политической и экономической модели республики?

- Это очень объемный вопрос. Если же говорить кратко, оставляя в стороне весь блок аргументов, то я склоняюсь к мысли, что - да. Беларусь слишком далеко зашла в кризис, а он слишком ярко высветил нашу экономическую слабость. На быструю экономическую модернизацию у страны нет средств, политическая модернизация для руководства страны неприемлема. Остается только вариант перехода под внешнее управление. И чем раньше это будет сделано, тем больше у Беларуси останется суверенитета и власти на своей территории. Чем позже, соответственно, тем меньше.

И дело не в оценке качества управления страной.

Просто период «независимости» стран, возникших в результате распада блока СЭВ и затем СССР, подходит к своему концу. Пустоты между глобальными центрами силы долго быть не может. Страны СЭВ уже полностью отдали свой суверенитет Евросоюзу и НАТО. Сейчас пришла очередь бывших союзных республик.

Поэтому у Беларуси есть только два варианта будущего: либо она будет в союзе с Россией и, возможно, другими странами СНГ и ШОС, либо в составе Евросоюза. Но ситуация, когда власть в республике находится в Минске, по независящим от республики и воли руководства страны объективным причинам, стремительно приближается к своему концу: в условиях глобализации малые страны перестали нести в себе внутренний источник легитимности.

Сейчас у Европы и США после Прибалтики на очереди Украина. После Украины (ориентировочно 2010-2012 годы) придет очередь Беларуси. Тогда и политическое давление, и работа с чиновничьим корпусом, и финансирование оппозиции будут на порядки выше. Выдержит ли этот прессинг политическая система страны, подорванная экономическим противостоянием с Россией? - Нет. Но тогда Беларусь со всеми вытекающими последствиями отойдет на Запад с глубоким внутренним расколом внутри страны по украинскому варианту.

- Каковы Ваши общие выводы?

- На мой взгляд, по независящим от руководства нашей страны причинам (о них я говорил выше), страна вступает в период очень сильной политической и экономической нестабильности, поскольку время «независимости» кончается. Следовательно, вопрос заключается в выборе страной вектора своего цивилизационного и геополитического движения - на Восток или на Запад.

Интервью брал И.Щербаков, руководитель интернет-проекта "Процветающая Беларусь"

www.RespublikaBelarus.com.